ГлавнаяОбратная связьКарта сайта
Бобруйск // Вечерний Бобруйск // В гостях у "Вечерки"

Мария Винокурова:
«Покой нам только снится…»

Кратко о нашей гостье
Родилась: в 1939 году в поселке Брожа Бобруйского района.
Училась: после восьмилетки окончила Минский индустриальный техникум строительных материалов, а в 1968 г. — Калининский политехнический институт по специальности «инженер-строитель».
Работала: на горпромкомбинате,с 1960 г.на заводе железобетонных изделий стройтреста № 13, заводе сборного железобетона, начальником производственного отдела завода крупнопанельного домостроения. В 1987 году стала директором завода КПД, который возглавляла 14 лет.
Общественная деятельность: в 1994 г. была избрана депутатом Верховного Совета Республики Беларусь 13-го созыва, была депутатом Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь 1-2 созывов.
Достижения: награждена орденом Почета, двумя медалями, многими грамотами, орденом Национального олимпийского комитета страны, медалью II степени Сергия Радонежского.

Накануне женского дня 8 марта мы решили наведаться в гости к легендарной бобруйской женщине — бывшему директору завода КПД, успевшей за свою бурную трудовую жизнь побывать и депутатом Верховного Совета 13-го созыва, и депутатом Палаты представителей Национального собрания двух созывов — Марии Михайловне Винокуровой. Сейчас она на заслуженном отдыхе, но полна сил, энергии, даже и не скажешь, что этой женщине вот-вот исполнится 70 лет.
В квартире у Марии Михайловны идет ремонт, который хозяин Аркадий Александрович и его жена решили сделать собственными силами, ведь строительные навыки, слава богу, остались у обоих. Аркадий Александрович когда-то работал на стройке, в том числе шесть лет — в Монголии. К слову, там же старшим инженером Советского общестроительного треста трудилась и Мария Михайловна…
Мария Михайловна признается, что главными жизненными ценностями она всегда считала дом и семью. И лидером в семье никогда не была. Хотя на работе всегда приходилось проявлять инициативу, брать ответственность на себя и делать еще много разных «мужских» вещей…
— А теперь у нас «главнокомандующий» — внучка Настя, — улыбается Мария Михайловна. — Правда, она сейчас в Минске, студентка Белгосуниверситета.
«Я маминых вершин так и не достигла»
— Мария Михайловна, вы родились на Бобруйщине за два года до начала войны. Что помните из тех лет?
— Когда началась война, мой отец Михаил Сергеевич Линчук ушел в партизаны, а маму Марию Юльяновну вместе со мной и братом эвакуировали в Узбекистан. Как мы выжили, одному Богу известно. Вот на этом снимке мне три года. Тогда в Андижанском районе бушевал тиф и был страшный голод, и я дней девять болела. Чтобы сохранить образ «умирающей Мани», мама пригласила фотографа. Но удивительно, после фотосъемки я попросила есть и с того дня пошла на поправку. Мама работала мастером веревочного цеха, веревки шли на фронт, для чего, трудно сказать. Она за ночь могла выбелить две комнаты высотой 3,5 м. Все горело в ее руках, то ли она шила, то ли готовила. Я маминых вершин так и не достигла. Благодаря маме мы и наши родственники спаслись от голода. Мне с тех пор запомнились вкус тонкой струйки воды и макухи. И теперь голодная я не встаю из-за стола.
— Когда вы вернулись в Бобруйск?
— В 1944-м. Так получилось, растила нас с братом мама одна. Но я все же окончила Минский индустриальный техникум строительных материалов. Помню свои первые трудовые шаги — сушильщицей на кирпичном заводе... Как-то меня, когда работала мастером горпромкомбината, отправили добывать асбест на ТЭЦ-1. Едем, вижу: какое-то производство рядом… Попросила водителя завернуть на минуточку. А оказалось, завернула на сорок лет… Зашла в кабинет директора (это был завод железобетонных изделий стройтреста № 13) Нестора Васильевича Князева. Он предложил должность диспетчера с зарплатой в 900 рублей, это было на 300 больше прежней. Хотя, в первый же день работы на новом месте почувствовала всю сложность и ответственность. На диспетчера валились заказы на все стройплощадки  города — от железобетона, металлоконструкций, столярки, плотничных изделий, ступеней, колонн до различных балок, перекрытий и т.д.
— А как вы доросли до директора завода КПД?
— Работа диспетчером мне нравилась — живая, но я поняла, что багаж знаний у меня слабый, поэтому решила поступать в институт. Потом было назначение начальником производственного отдела завода сборного железобетона, позже — начальником производственного отдела завода крупнопанельного домостроения.
«Это была еще та ноша»
— До вас завод КПД возглавляли четыре директора-мужчины, но предприятие никак не могло выйти на проектную мощность. А вам как удалось?
— Помню, когда стала директором, скептики говорили: мол, мужики не справились, куда уж ей. Кстати, на тот момент да и позже я была единственной женщиной среди директоров заводов КПД Союза. Конечно, это была еще та ноша.
В те годы (конец 1980-х) коллективы предприятий переходили на аренду. И завод крупнопанельного домостроения одним из первых перешел на аренду. Но главное — рядом были умные, отзывчивые и ответственные люди. Руководители, у которых можно было поучиться: Борозна, Жук, Лиходиевский, Рубис (вообще эталон строителя), Чижик, Литвинко, Савко, Дегтярев, Плехоткин, Бакалдин, Михейчик, Сальников, Янковский, Величко, Пинчук... И сегодня мне хочется с благодарностью вспомнить наших заводчан  — Панченко, Градовича,  Сысоя, Сморчка, Широкую, Сахона, Мороза, Шачнева, Савченко, Кунцевича, Сергейчика, Борщевского, Голомако, Какуро, Ткачева, Хотько, Пименовых... А Л. Ф. Шачнева, мой зам. по строительству жилья, была главным разработчиком инновационного антикризисного проекта для всех заводов КПД республики, направленного в правительство.
Начинали мы с культуры производства. В основном, в формовочном цехе, да и в других всегда было грязно, вечно стояла вода, а я приходила туда не в сапогах, а в туфельках. Пришлось часто быть в цехах, но порядок навели. И так по всему заводу. Уже на первом году директорства предприятие вышло на проектную мощность, и домостроительный комбинат тогда начал застройку 5-6 микрорайонов. Многие социальные вопросы удалось решить, выше стала заработная плата.
В 1994 году завод сумел  купить собственный башенный кран и построить для своих работников сто бесплатных квартир. А то ведь строители у нас были, как сапожники без сапог…
— Но в 1990-х грянул кризис. Завод КПД не мог этого не ощутить.
— Потерялась управляемость. ДСК — главный покупатель продукции завода КПД — отказался от нее. Ибо капиталовложения в строительство жилья тогда исчезли вовсе. ДСК выбрал свой путь выживания — общестроительные, подрядные работы, капремонт. А на КПД из 550 работников уволилось почти 200. Путь напрашивался один: раз заводом выпускаются конструкции на полную комплектацию жилого дома, а покупателей нет, значит, надо учиться самим строить жилье. Завод не работал, а мы, рискуя, принимали новых людей — прорабов, мастеров, шло переобучение инженерно-технического персонала и рабочих смежным профессиям. Постепенно отказались от услуг автобаз, управлений механизации, УПТК, риэлторов, т.е. всех подрядных, субподрядных организаций. В результате на четверть снизилась себестоимость квадратного метра жилья. И все денежные средства от строительно-монтажных работ стали поступать на расчетный счет завода, чего не было на других 16 заводах КПД республики. Это дало возможность делать собственные инвестиции в производство, его модернизацию, реструктуризацию.
«Проблема строительства доступного жилья меня и сейчас волнует»
— Да, слава о строителях завода КПД гремела далеко…
— Строили дома не только в Бобруйске, а и в Речице, Жлобине, Шклове, Минске, Тамбове... Было создано 600 новых рабочих мест. Завод стал работать в три смены по скользящему графику и 10 лет выдерживает этот режим, по зарплате вышел в тройку лучших предприятий города. С 1995 года было организовано бесплатное трехразовое горячее питание на всех строительных объектах с оплатой командировочных. Каждый пенсионер завода ежемесячно получал к пенсии 2-3 минимальные зарплаты. Текучесть кадров была нулевая. За десять лет — ни одного срыва платежей в бюджет. Ежегодно коллектив получал «тринадцатую» зарплату или дивиденды. Лекарствами в медпункте завода и зубопротезирование обеспечивали бесплатно и т.п.
— Завод КПД даже получил право на строительство жилого комплекса для олимпийцев в Минске…
— Принимали участие в создании жилого комплекса «Олимпийский», первая очередь которого была сдана в эксплуатацию на 10 месяцев раньше срока... А еще возводили операционно-реанимационный корпус Минской гинекологической больницы, соответствующий самым высоким мировым стандартам.
— Кстати, сколько тогда стоил квадратный метр жилья?
— В «Олимпийском» стоимость его была 150 долларов США, по рыночному курсу доллара — 770 белорусских рублей, в Речице — в четвертом квартале 2006 г. 270 долларов квадратный метр на двух домах ЖСК № 11,12. В 4-м квартале 2008 г. ЖСК в Бобруйске обходились при всех простоях около 400 долларов за кадратный метр.  
Вообще, проблема строительства доступного и качественного жилья меня и сейчас очень волнует. Я уверена, что такие возможности в стране есть.
— На чем базируется ваша уверенность?
— На личном опыте 14-летней работы руководителем завода, строящего жилье. До 1995 года все заводы КПД продавали готовую продукцию домостроительным комбинатам, причем рентабельность регламентировалась на уровне не выше 11%, за которые модернизировать металлоемкое производство было невозможно. Наш опыт работы показал, что от строительно-монтажных работ появляется вторая рентабельность в объеме тех же 11 %, что дает средства для собственных инвестиций.
В стране ныне 16 заводов КПД, в том числе 3 — в Бобруйске. Все они работают не на полную мощность (на 50-60%). Страна ежегодно недополучает 1 млн.  квадратных метров жилья КПД. Я считаю, что наступило время создать холдинг «Белорусские заводы крупнопанельного домостроения», который обеспечил бы без государственной поддержки их  выход на стопроцентную мощность, и экспорт жилья, и высокие социальные блага коллективам. Есть расчеты, и они эту возможность подтверждают.
Если все заводы КПД республики перевести на новую экономическую  модель развития по опыту двух заводов КПД Бобруйска и каждому в год выделять 2-3 площадки для возведения жилья по рыночным ценам, которые отличаются от себестоимости в 4-5 раз, то за 1-1,5 года без инновационных фондов заводы будут полностью модернизированы. И страна получит дополнительно:увеличение ввода жилья из КПД в два раза, экспорт восстребованного жилья в Россию, 15 тысяч дополнительных рабочих мест, среднюю зарплату строителей в 700-800 долларов США, прибыль  в бюджет страны ежегодно от 500 млн. до 1 млрд. долларов США.
Эти предложения, обоснования я  направила и правительству страны, и в Министерство архитектуры и строительства. Ответы их не опровергают, но реализация задерживается. Кстати, в 2002 году завод КЖИ моими усилиями при поддержке парламента был спасен от ликвидации.
Время показало, что часть строительной отрасли — индустриальное домостроение, сосредоточенное в одних руках промышленной индустрии (заводы КПД), превратилось в условиях рынка строительства жилья из КПД в доходную часть бюджета, с экспортной составляющей, с доступным квадратным метром жилья для малоимущих и очередников.
«До сих пор чувствую неловкость»
— Мария Михайловна, покой, как мы видим, вам только снится…
— Такой у меня характер — всегда быть в гуще жизни. 
— К слову, чем вам запомнились годы депутатства?
— Когда бобруйчане избрали меня во второй раз депутатом Палаты представителей Национального собрания,  пришлось покинуть директорский пост и включиться в работу Постоянной комиссии по международным делам и связям с СНГ. Свое призвание я видела в том, чтобы участвовать в создании законов, облегчающих жизнь человека и способствующих развитию экономики. Приятно, что не без моего активного участия решался вопрос о строительстве в городе второй троллейбусной линии.
Много было межпарламентских встреч, в составе делегации, возглавляемой Президентом страны Александром Лукашенко, посетила Израиль, в составе правительственной делегации — Китай. Довелось выступать и в ООН, на специальной сессии, посвященной положению женщин в современном мире.
— А в Минске остаться после окончания депутатской деятельности никогда не хотели, ведь была такая возможность?
— Да, предлагали, и условия были неплохие, но… Решила жить в родном городе. Ведь Бобруйск, если вдуматься, дал мне все — и почет, и уважение. И доверие людей. Хотя две просьбы моих избирателей все же остались невыполненными, по объективной причине. А я до сих пор чувствую неловкость.
— Скоро 8 марта. О каком подарке вы мечтаете?
— Улыбки и счастье родных и близких — лучший для меня подарок в любой праздник.

НАША АНКЕТА
Кто вы по знаку Зодиака?
— РАК.
Ваш любимый цвет?
— Нежно-розовый.
Любимое блюдо?
—  Жареная картошка с соленым огурцом, квашеной капустой, молоком.
Ваше любимое животное?
—  Собака, кот.
Что препочитаете выпить?
—  Сухое вино.
Какую музыку слушаете?
—  Оперную, ретро. Люблю слушать Баскова, Пугачеву, Киркорова.
Фильм, который вам запомнился?
—  "Дорогой мой человек", "Свадьба в Малиновке", "Сказание о земле сибирской".
Ваша любимая книга?
—  "Два капитана" Каверина, книги на исторические темы.
Верите ли вы в жизнь после смерти?
—  Высшие силы вокруг нас существуют. И кто знает...
Место, где бы вам хотелось побывать?
—  На Мамаевом Кургане.

Александр ДЕМИДОВИЧ.
Фото Дмитрия МЯКИНА
и из семейного архива М. Винокуровой.


03/03/09 | просмотров: 2884 | Комментировать

Ляховец Татьяна lelchotkult@tut.by

Уважаемая Мария Винокурова! К Вам обращаются сотрудники районнной центральной библиотеки г.Лельчицы. Мы разыскиваем какой-либо материал о Винокурове Фёдоре Ивановиче, Герое Советского Союза, Почётном гражданине нашего города, которому исполняется 100 лет со дня рождения. Может этот человек Ваш родственник либо Вы что-то знаете о нём? Поделитесь, пожалуйста, с нами. Заранее благодарны.

© 2006-2018, bobruisk.org