ГлавнаяОбратная связьКарта сайта
Бобруйск // Вечерний Бобруйск // Бобруйские новости

Возмездие настигло в Бобруйске. Исполняется 60 лет судебному процессу по делу группы немецко-фашистских преступников.


На скамье подсудимых — группа немецко-фашистских преступников.



Бывший немецкий генерал-майор Тарбук, специалист по организации гетто и уничтожению еврейского населения, слушает свидетельские показания во время судебного процесса.



Настоятель Никольского собора в г. Бобруйске Немшевич дает свидетельские показания.


Этот процесс проходил в здании Бобруйского гарнизонного Дома офицеров (ныне  корпус № 1 филиала БГЭУ). Начался он 28 октября 1947 года, а 4 ноября был оглашен приговор. За эти дни Военный трибунал Белорусского военного округа в составе председателя генерал-майора юстиции Кедрова и членов — полковника юстиции Виноградова, подполковника юстиции Невельского, при участии государственного обвинителя полковника юстиции Завьялова полностью установил вину подсудимых в совершенных преступлениях на территории Бобруйской, Могилевской, Минской и других областей Белорусской ССР. Всего предстал перед судом 21 преступник, в том числе бывшие генерал-лейтенант немецкой армии Окснер, генерал-лейтенант Траут, генерал-майор Конреди, генерал-майор Тарбук, комиссар города Минска Янецке и другие.
 
 
Заметим, что судебные процессы по делам гитлеровских преступников в 40- 50-е годы проходили часто. Вот и перед Бобруйским процессом в советском секторе Берлина состоялся суд над гитлеровскими палачами из бывшего концлагеря «Заксенхаузен».
Хотя процесс был открытым, вход на него разрешался по пропускам. На суде пришлось присутствовать и давать показания Всеволоду Константиновичу Свирко. Тогда ему, бывшему малолетнему узнику концлагеря в Озаричах, было девять лет, но с ним были на процессе его мать, дядя и тетя. Кроме допросов обвиняемых, показания давали уцелевшие жертвы оккупантов, немецкие военнопленные. И если в начале процесса, как писала тогдашняя пресса, большинство обвиняемых  отрицали свою причастность к кровавым злодеяниям, то в ходе его полностью признали свою виновность.
На процессе еще раз выявились цели гитлеровского нападения на нашу Родину. В первые минуты войны солдатам генерала Окснера из Мюнхена была розданы памятки. В них было написано: «Уничтожь в себе жалость и соболезнование, убивай всякого русского, не останавливайся, когда перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик…Мы поставим на колени весь мир». Окснер дважды заносился  Чрезвычайной Государственной Комиссией в списки военных преступников за свои жуткие зверства. В Бобруйске возмездие настигло.
 Вот только один факт из его «боевой» биографии. В декабре 1943 года, как показывал  немецкий военнопленный Эберт Шеффер, в деревне Нижняя Тощица, что на Могилевщине,  где размещался штаб 31 немецкой дивизии, по приказу Окснера была проведена карательная экспедиция против мирного населения. В ходе ее было арестовано, а затем расстреляно 200 человек. А в деревне Верхняя Тощица в те же дни из 150 арестованных было оставлено для допросов шесть человек, в их числе и Абрамов, который свидетельствовал на суде. А остальные расстреляны, в их числе жена, три дочери и два сына свидетеля Абрамова.
На вопрос, сколько он уничтожил минчан за время «работы», так называл свое пребывание на посту комиссара Минска Вильгельм Янецке, он ответил: «Я уже показал на предварительном следствии, что не менее 25 тысяч человек». В своих отчетах он никогда не упоминал о расстреле евреев, а писал о их переселении. Вот такой был «условный шифр» у этих фашистов. После убийства палача Кубе только за один день по приказу Янецке минская полиция повесила 200 советских людей. Он отправил на каторгу в Германию 2.500 минчан, в том числе подростки от 14 до 16 лет. Вильгельм Янецке рьяно распространял зверские идеи фашистской партии в Белоруссии. На вопрос прокурора: «Чтобы превратить белорусов в рабов, а Беларусь в колонию?» он ответил: «Так, безусловно». И не эти ли слова являются ответом современным «мечтателям», что при победе фашистов они бы пили баварское пиво.
Со  зловещими  замыслами пришли фашисты на нашу землю, поэтому для них жизнь наших людей было ничто, поэтому генерал Иоганн Тарбук, австриец по происхождению, в Полоцке заживо сжег военнопленных в лагере, 200 человек расстрелял. Не отставал в злодеяниях и генерал-лейтенант Ганс Траут, бывший командир 78-й штурмовой дивизии. Это его подчиненные 25 июня 1944 года возле деревни Шалашино Оршанского района взяли в плен тяжело раненого солдата Юрия Смирнова. В штабном блиндаже его пытали, но герой не изменил присяге, Родине, не выдал военной тайны. Тогда враги распяли его на кресте, прибив к нему гвоздями руки, ноги и даже голову. Юрию Смирнову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Кровавый след на Бобруйщине и в других местах оставили командир 96 полка 221 охранной дивизии подполковник Людвиг Гросс (кстати, доктор права) и его бывшие командиры батальонов Вилли Дрегер и Гельмуд Готшальк. На их совести, если она была у них, 18 тысяч расстрелянных мирных советских граждан и пленных красноармейцев. Только в Осиповичском  районе ими расстреляно, повешено и замучено 6.122 советских гражданина и более 4 тысяч человек угнано на каторжные работы в Германию. Это они, как и другие фашистские вояки, запрягали людей в бороны, заставляя таким образом обезвреживать дороги от мин.
 Майор Карл Кюнгольд, командир батальона 211 охранной дивизии, признался, что он виновен в смерти более 150 человек. В деревне Петрова 5 апреля 1942 года задержали 100 мирных граждан, 15 из них расстреляли на месте, а остальных направили в лагерь смерти, ибо их деревни были сожжены и они, мол, не имели места жительства. Мать наговорила на дочь, обвинив ее, ибо, как сказал на суде Кюнгольд : «Мы так допрашивали мать, что она ответила так, как нам необходимо было».
Не отставал от своего командира и фельдфебель Иозеф Бург, командир взвода. В деревне Столпище он сжег живыми 12 человек. В деревне Бумино Кировского района, как показала свидетельница Климович, он сжег ее отца, мать, двух сестер, а ее направил в лагерь. Собралось около 900 человек, и их погнали, а в деревне Любин, построив в два ряда, стали разделять — на правую и левую сторону. Так вот, тех, кто оказался на правой стороне, загнали в три уцелевшие хаты и сожгли .
22 апреля 1944 года в деревне Козловичи немцы под командованием И.Бурга  сожгли 270 мирных жителей.
73-летний настоятель Николаевского собора в гор. Бобруйске Немшевич свидетельствовал на суде: «Я в числе другого духовенства был приглашен немцами в одну из деревень недалеко от Марьиной Горки, как будто на открытие детского дома…. В 80 домах деревни, обнесенной колючей проволокой, страдали дети 8-13 лет, насильно отнятые у родителей. Когда мы совершали молитву, дети плакали. Они были полураздетые, замученные и едва держались на ногах. У них сильно дрожали руки. Мы пытались успокоить несчастных детей, но они плакали еще сильней, жалуясь, что у них немцы отняли матерей и отцов. Дети, плача, говорили нам, что у них немцы будут брать кровь. Дети просили спасти их. Я, как пастор и как старый человек, прожил свои года и может быть живу последние года. Но я  такого ужаса, такого зверства не видел в жизни. Дети этого лагеря были осуждены на гибель, гитлеровцы использовали их в качестве доноров: трупиками детей были заполнены все ямы в лагере.
Война имеет свои законы, но немцы воевали против детей и мирного населения. Я был очевидцем, когда немцы загружали, как попало, автомашины стариками, женщинами с плачущими детьми на руках, вывозили их за город, расстреливали, а затем снова возвращались за новыми жертвами».
В тот лагерь под Марьиной Горкой часто отправляли и детей бобруйчан, схваченных во время облав. И, как свидетельствуют старожилы, никто оттуда не возвращался.
На судебном процессе в Бобруйске фигурировали факты злодеяний, совершенных гитлеровскими преступниками не только  на территории Беларуси, а и под Ржевом, Орлом и других местах.
 Трибунал приговорил каждого из 21 преступника к двадцати пяти годам лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях. Но мы прекрасно знаем, что никто из них не отбыл этот срок в связи с депортацией в пятидесятые годы в Германию. Как говорится, мы проявили гуманность, несмотря на свершенные фашистами злодеяния, которым, казалось, прощения нет.
А о злодеяниях, ужасах той страшной войны должны знать нынешние поколения. И делать все, чтобы подобное не повторилось, ибо расистская теория жива, и мы становимся свидетелями, когда одна нация заявляет о своем превосходстве над другими. Хотелось бы, чтобы уроки второй мировой войны человечество не забывало, крепко их усвоило.
Александр ДЕМИДОВИЧ.  
Фото из архива Бобруйского краеведческого музея.

24/10/07 | просмотров: 2406 | Комментировать

© 2006-2017, bobruisk.org